05 июля 2021 10:03

Это экскурсия по потрясающей коллекции автомобилей Гордона Марри

Мистер McLaren F1 изрядно потратился, чтобы собрать прекрасную коллекцию

Гордон Марри паркуется возле штаб-квартиры своей одноименной компании на своем грязном Alpine, первой новой машине, которую он купил после 16 лет эксплуатации Smart Roadster, потому что «хотя коробка передач - дерьмо, я не мог найти ничего более маленького, легкого и веселого».

Он наслаждается своим A110, но уже поцарапал три диска, потому что они «слишком широкие», и расстроен тем, что здесь не атмосферник с механической коробкой передач. «Тогда было бы просто идеально».

Этому мужчине не так легко угодить. Но те, кто не стремится к недостижимому идеалу, не создают пять чемпионских автомобилей Формулы 1, несколько установивших разнообразные рекорды дорожных автомобилей и не осмеливаются назвать свою новую игрушку для трек-дня в честь Ники Лауды. Если бы сегодня он решил обновить свое резюме на LinkedIn, то смог бы добавить новый скилл «гид» к массе своих достижений.

Фотография: Марк Риккиони

«Мы стоим в нашем центре обслуживания клиентов», - говорит Гордон, приглашая нас в ту самую комнату, где в следующем году 100 состоятельных людей с изысканным вкусом заберут свой трехместный суперкар T.50. «Наверху мы работаем с сиденьями, там каждый может подогнать под себя эргономику водительского кресла, как мы это сделали с McLaren F1. Затем мы обсуждаем цвет и отделку». Умоляю вас заказать розовый салон. Умоляю.

Гордон - больше, чем фанатик быстрых автомобилей. Он - фабрика идей, и его задумка для этого невзрачного промышленного объекта заключалась в том, чтобы превратить его в бассейн для реального погружения в свои фантазии. Храм настроения, рассказывающий о его происхождении, о том, как он научился своему ремеслу, и о том, что за 50 лет невозможно перестать мечтать.

Номинально Top Gear здесь, чтобы осмотреть новые T.50s - один из 25 трековых (так сказать) побочных продуктов его преемника McLaren F1. Он быстрее набирает обороты, звучит громче, похудел круче, чем Кристиан Бэйл, и генерирует столько прижимной силы, что усатый маэстро постановил, что она должна быть уменьшена до 1500 кг на скорости 340 километров в час, «чтобы было весело».

«Я думаю, что это будет лучший опыт на трассе на сегодняшний день», - уверенно улыбается он. «Нам было очень весело создавать его без каких-либо правил».

Обычно мы пели дифирамбы только этому карбоновому космическому кораблю, но T.50s окружен невероятно красивыми и изящными созданиями. И ни одно из них не является McLaren F1. Гордон продал свой личный экземпляр - прототип XP3 - после того, как страховая оценка в 20 миллионов фунтов стерлингов сделала его слишком дорогим, чтобы «получать удовольствие от испуга пассажиров во время покатушек по местным дорогам». Затем отец F1 начал пополнять свою коллекцию другими автомобилями, которые ему хотелось иметь.

«Дома у меня 22 гаража. К сожалению, не в каждом стоят автомобили. В некоторых из них - садовая техника. Около 14 предназначены для классических автомобилей». Боже. Наверное, там старые газонокосилки.

И он ходит по ангару, рассказывая про жизнь, проведенную в погоне за преимуществом с двигателем внутреннего сгорания, без единой подсказки или паузы, чтобы подсмотреть в Википедию. Он переносит нас в годы своего становления в Южной Африке: «Я вырос в гоночной семье. Мой отец, механик, до войны ездил на мотоциклах. Я рос, и меня водили на гонки в возрасте пяти или шести лет. В те дни в Дурбане гонки проходили вокруг домов, вдоль набережной, как в каком-то плохом Монако».

Одноместный Mark IV Cooper 500 1951 года, классический автомобиль Формулы-3, был просто необходим в коллекции, поскольку «это самая первая машина, над которой, как я помню, работал мой отец. Для меня это настоящая ностальгия. Он стоит рядом с моей первой гоночной машиной, которую я спроектировал и построил, когда мне было 18 лет. Я сам проделал всю работу с двигателем – это был в целом 105E Anglia, но я делал свои собственные поршни и кулачки». В режиме жесткой экономии.

«Вся машина обошлась мне в 200 фунтов. Самыми дорогими деталями были карбюраторы Weber: 60 из 200 фунтов. Я одолжил эти деньги у тети и брата, и у меня был год, чтобы вернуть их. Я участвовал в гонках в течение двух лет и выиграл несколько из них». Это лучше, чем выплачивать студенческий кредит, подрабатывая в McDonalds.

К 1969 году 23-летний Марри достиг потолка на родине, и сел на грузовой паром, чтобы эмигрировать в Великобританию - тогда, как и сегодня, в глобальный эпицентр элитных гонок на одноместных автомобилях.

Обнадеживая всех нас, чьи чердаки ломятся от коробок с пыльными модельками Matchbox и старыми выпусками журнала Top Gear, Марри - кладезь. Разнообразные подарки и памятные вещи были использованы для воссоздания его первого офиса. «Эта чертежная доска с пантографом была подарком от родителей на мой день рождения. Швейцарская готовальня на столе тоже была подарена на мое 18-летие. Я использовал ее, чтобы нарисовать McLaren F1», - сухо говорит он. Насколько я понимаю, она более ценна, чем гитара Леннона, но Гордон считает все это просто инструментами чертежника.

В этом пространстве беспорядочно разбросаны блестящие музыкальные автоматы, собранные «не только ради стиля, но и из-за механизмов. У меня их сейчас 16. Это до транзисторизации - они электромеханические. Тут все эти кулачки и ремни. Когда я покупаю новый, я копаюсь в нем целый месяц и смотрю все механизмы».

Сопротивляясь желанию нажимать на кнопки автомата, пока не заиграет Johnny B. Goode, мы ныряем в рай, где все весит менее 1000 кг. Нет порядка как такового, а есть определенная тема. «Мне нравится простой, легкий и целеустремленный дизайн. Это важно практически для каждой машины в моей коллекции».

Рядом с отреставрированным F1 Brabham BT44B буквально лежит на полу 3,0-литровый прототип Ле-Мана 1972 года, который Марри создал для Алена де Кадене за четыре месяца. «У Алена был бюджет в 5000 фунтов стерлингов на все. Мой гонорар за проектирование машины составлял 250 фунтов стерлингов. В конце концов, кажется, он заплатил мне 200 фунтов. У него просто не было еще 50 фунтов. Но в качестве оплаты я получил инженерный калькулятор Hewlett-Packard».

Таков гламур жизни дизайнера гоночных автомобилей. «Мы с женой тогда снимали неотапливаемое помещение в Клейгейте. Я работал в Brabham примерно до 8 вечера, возвращался домой и работал над этим проектом до 3 или 4 часов ночи, а окна были в инее даже изнутри».

Работа тест-пилота звучит круче. «Они отвезли его на трассу M4 в полночь и проехали со скоростью 320 километров в час по автостраде, чтобы проверить устойчивость, затем они погрузили его на трейлер и поехали в Ле-Ман». Первый опыт Гордона по созданию автомобиля для гонок на выносливость поначалу вырвался на 5-е место, а после аварии опустился на 12-е место. В конечном итоге он покорил Ла Сарт в 1995 году, одержав знаменательную победу на F1 GTR.

Коллекция раскрывает ранние планы ее владельца быть не дизанером, а гайкой, держащей колесо. Он отмечает, что его гоночная машина Formula 750 находится в лежачем положении - намного опережая время 1970 года - его длинная фигура не попадает в поток ветра, а его тело уравновешивает смещенный двигатель Reliant.

Между этим и хот-родом V8, крошечный LCC Rocket, построенный, чтобы уделать Lotus Seven его героя Колина Чепмена, как самый легкий уличный автомобиль из когда-либо построенных. Пока не появится T.50, его мотоциклетный двигатель, развивающий 11500 об / мин будет самым оборотистым двигателем для дорожных автомобилей.

«Летом я не использую современные машины. Я каждый день езжу в классической машине или на мотоцикле», - говорит Марри, предваряя мой вопрос.

«Вот первая машина, которую сделали в De Tomaso, Vallelunga. Первый среднемоторный автомобиль с опорным шасси. В зависимости от того, кого вы слушаете, они собрали их всего или целых 50 штук. Шучу конечно, этот красивый итальянский кузов и двигатель Cortina GT сзади сложно недооценивать».

Поддерживая свое обожание Zagato - очаровательное купе на базе Fiat 600, которое он купил, мечтая о нем с подросткового возраста, - Гордон отправляется в познавательную кроличью нору Abarth.

«Abarth были большим источником вдохновения для T.50. Мне просто нравятся простые приборы и маленькие рычаги переключения передач». Ему только что отреставрировали Spyder, чтобы он соответствовал его росту, и буквально на днях завершили испытания. «Я отчаянно хочу запустить его на трек», - шипит он. «Это будет избыточная поворачиваемость с большой буквы». Мужчине 74 года.

Через дверь попадаем во второй отсек. Его поношенный Smart спокойно стоит в углу, трехспицевые диски все еще покрыты тормозной пылью после последней поездки на работу.

Здесь мы находим Lotus. Формы и ливреи настолько завораживают, что сложно не отвлекаться от его музейных комментариев мирового класса. «... красивый маленький двигатель. Я большой поклонник Lotus 1558 Twin Cam в Cortina и Elan... моя идеальная машина, действительно - очень удобный автомобиль... полностью алюминиевый кузов, форма от Zagato, красивый маленький двухкамерный. Нет ничего лучше, чем это...». Я рискну задать каверзный вопрос: если бы ангар загорелся, какую машину он спас бы первой? «О, один из моих Elan».

Великобритания и Италия представлены хорошо, но и Япония присутствует с симпатичной Honda S800. «Я был подростком, когда она вышла. Я помню, как читал об этом доступном автомобиле, двигатель которого раскручивался до 10 000 оборотов в минуту, и подумал, что однажды у меня будет один из них. Двигатель тоже довольно послушный. Конечно, очень легкий. Коробка передач - абсолютный восторг. Это одна из лучших коробок передач для дорожных автомобилей, на которых я когда-либо ездил».

А как насчет мотоциклов? Марри, кажется, использует байки с объемом двигателя 50 куб.см. в качестве кустарной альтернативы обоям.

«История мотоциклов началась с того Maserati 50, который мой отец купил за десятку не на ходу. Мне пришлось восстановить двигатель и коробку передач». Нет, я тоже никогда не знал, что Maserati делает мотоциклы. Мой мозг почти переполнен.

«В те дни в Южной Африке нужно было достичь 18 лет, чтобы получить водительские права. Так что с 16 лет я просто катался на байках. И продолжаю это делать. Раньше я ездил без защитного шлема и обуви. Просто футболка и шорты. Я разбился, содрал кожу. Мне это нравится."

Теперь мотоциклы служат «маленькими произведениями искусства». Я молча задаюсь вопросом, знает ли миссис Марри, сколько прекрасных вещей у него в офисе. «Сейчас это стало для меня чем-то вроде миссии - иметь по одному мотоциклу от каждого производителя - пока у меня их 40. Осталось восемь. Я катаюсь на них ради развлечения, а потом ставлю у стены».

Что дальше в списке желаний? «Я думаю, что я в значительной степени выполнил его весь. Я хотел бы найти пару маленьких Abarth, но они появляются так редко».

Представьте себе сцену, в которой среднестатистический миллиардер прилетает на вертолете, чтобы забрать свой Т-50, а затем блуждает здесь и спотыкается о скромные ранние работы Гордона. Что бы они сделали с 850-кубовым Minbug, построенным в заброшенном сарае в аэропорту Хитроу в 1971 году и использовавшимся ежедневно с женой на протяжении 62 000 километров? «Она сделала все заклепки. На каждой машине их было по 1500 штук».

Только здесь вы найдете Minbug или Lotus 11, которые делят помещение с Mercedes SLR McLaren. Длинноносое купе V8 мощностью 635 л.с. стало полем битвы, где одержимость легкостью Гордона сцепилась с корпоративной культурой зала заседаний Mercedes-Benz и произвела на свет самый шизофренический суперкар всех времен. Я чувствую, что это не самый его любимый автомобиль для покатушек воскресным утром.

«Я очень горжусь командой, которая создала это: карбоновое шасси и полая опора двигателя очень жесткие и легкие, но стиль, двигатель с наддувом... не в моем вкусе», - признается он. Быстро переходя к Porsche 550 Spyder.

Работа над дизайном - острая проблема для Гордона. Он все еще на высоте, но торжественно признает: «Я вымирающая порода. В мире, может быть, останется один или два автомобильных дизайнера, которым вы могли бы сказать: «Хорошо, запритесь в комнате с калькулятором и чертежной доской, и я хочу, чтобы вы пришли с готовыми аэроконструкциями, анализом напряжений, подвеской, геометрией, охлаждением, двигателем, коробкой передач, и не выходите из комнаты, пока не отдадите мне готовую машину».

«Их было много в пятидесятых и шестидесятых. Иссигонис, создавший Mini, по сути, был оркестром из одного человека. Fiat 500 Данте Джакозы: один парень. Пятьсот рисунков, сделанных одним человеком». Хотя новый T.50 не был создан так самодержавно, сплоченная команда Марри разделяет его целеустремленную приверженность снижению веса и поиску ощущений покалывания в затылке вместо войны двоичных чисел.

«В Формуле-1 этого тоже нельзя сделать - в команде тысяча человек. В Brabham я был единственным человеком в чертежном офисе, я руководил командой, я нанимал и увольнял, а затем помогал грузить запчасти в грузовик».

Так что это больше, чем коллекция, это нечто похожее на живой музей. Это дорожная карта пути проб и ошибок, чтобы достичь того, что может быть достигнуто, когда «достаточно хорошо» недостаточно. Он продает свои T.50 за 3,1 миллиона фунтов стерлингов, размещая на тонком плавнике имя своего покойного великого трехкратного чемпиона мира.

«Пока кто-то другой не создаст автомобиль весом 850 кг с 700-сильным двигателем V12 сзади, ничего лучше этого не будет», - прогнозирует Гордон.

Еще бы он сказал по-другому. Но вы же с ним согласны?

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика