Моя жизнь среди машин. Гоша Куценко

Он говорит, что кланяется всем камерам, соблюдает ПДД и верен лишь одной марке. Хотя в молодости хулиганил за рулем всего, что способно взреветь мотором, и исколотил – но уже в силу профессии – горы машин

Впервые я сел за руль, когда мне было лет 9; отец посадил в 21-ю “Волгу”, подложив мне под попу подушку. Рычаг находился на руле, я выжимал сцепление, ножкой дотягиваясь до педали, а отец переключал эту ручку. Мы ездили по полям, машина становилась грязная, а я – счастливый. Лет в 12-13 я уже свободно ездил за рулем вместе с папой. А права получил в армии, там гонял на УАЗиках.

Когда переехали в Москву, я сразу же обзавелся иномаркой – большой немецкой машиной. Выглядела она как акула. За ней я ездил в Польшу. Помню, с каким упоением гнал на ней по Европе, а затем по Москве катал однокур­с­ниц – Алену Хмельницкую, Катю Семенову. Но скоро снова пришлось спуститься в метро. Товарищ попросил прокатиться и въехал в грузовик. А от того, что машина была очень ржавая, она просто развалилась.

После была “шестерка” – новенькая, купленная на первые заработанные в кино деньги, хотя я еще был студентом школы-студии. У меня ее украли. Уже на второй день. Так обидно. А через пять или шесть лет ее нашли в Прибалтике и вернули.

Честно скажу, по молодости я ездил агрессивно, но, странное дело, обходился без аварий. Вре­мя было такое, тревожные девяностые, выручала сноровка. Пробки объезжал по тротуарам. Особый опыт вождения приоб­рел на съемках благодаря друзьям-каскадерам и гонщикам. В фильме “Мама, не горюй” я ездил на роторной Mazda, и, наверное, это была первая гоночная тачка в карьере. Я носил­ся на ней пару месяцев – вкусил и скорости, и безнаказанности. Тогда к артистам лояльно относились.

В “Антикиллере” я погонял на всех тачках. Инвестор проекта и мой старый друг, прививший любовь к машинам, подарил на день рождения бывалый двухдверный Wrangler. Стояло лето, я сразу снял с него двери (правда, после пару раз чуть не улетел из него) – именно с этой машины я начал собирать свой гараж. Вторым стал Chevrolet Camaro Targa со съемной крышей. У него был мощный пятилитровый движок, и он стрелял со светофоров так, что я был вне себя от радости. Затем к нему добавился дизельный Hummer со странной судьбой – им вытаскивали яхты на сушу. Из-за того, что машина часто заезжала в воду, у нее проржавели тормоза и отваливалась проводка. Однажды, когда мы ехали на нем в клуб, вдруг перестал работать и гидроусилитель руля и тормоза. Я ничего не мог сделать. Мы пролетели на скорости мимо “Макдоналдса” на Пуш­кинской, я снес все зеркала у машин слева и справа (первый “Хаммер” был очень широкий). Зато все уцелели. Этой же машиной я после снес и тумбы у Малого театра. Приехал на репетицию, жму на тормоз, а все бестолку. Пришлось замедляться о тумбы, пугая прохожих до такой степени, что они роняли мороженое.

В “Антикиллере” вся моя первая коллекция автомобилей и погибла. Денег на съемки не оставалось, мне говорили, что у меня рухлядь, а не машины... В фильме есть сцена нападения на банкира, где по моему “Корвету” сначала проезжает мой “Хаммер”, затем над всем этим пролетает в воздухе мой же “Джип” и грохается в стену, а следом ребята исполняют красивое сальто на Audi...

Когда картина вышла в прокат, я купил на заработанные деньги небольшую немецкую легковушку. Это была престижная модель, там стояла хорошая музыка, но машина была слишком проста. Выменял ее у одного парня на турбированную “Импрезу”. Это была моя мечта! Мы ездили на ней наперегонки в Канны и по дороге умудрились избежать столкновения с оленем – проскочили у него под шеей. Моему прия­телю-штурману из Эстонии это сперва показалось галлюцинацией: “Меня пора менять. Мне в окно заглянул олень”.

Был у меня и второй “Хаммер”. Его покрасили в Фин­лян­дии в блестящий серебристый цвет. Еще на чем-то ездил и чем-то владел. А после началась эпоха Range Rover. Лет девять назад я купил пятилит­ровый Sport. Он меня покорил: был настолько резкий, что буквально стрелял с места. До этого родители все время говорили мне: “Купи наконец-то хорошую машину”. А “Рейндж” одобрили – он был классный, коричневый, маме сразу понравился. Это была последняя моя машина, которую она видела. С тех пор я понял, что теперь буду с этой маркой.

Я поездил, наверное, на всех моделях бренда. Я купил “Эвок”-кабриолет... Дело было зимой, я открыл крышу, проехался и проникся – это моя тачка, ради которой стоит купить дом у моря. Поэтому зимой ее берегу – сейчас езжу на “Веларе”, который подарил супруге. А она предпочитает “Дискавери”. Я называю его “чемоданчиком” – он большой и безопасный. А “Велар” нравится своей стремительностью. Он легкий, удобный и фантастический внутри.

Но недавно я понял, что больше не буду покупать себе ни бензиновую, ни дизельную технику. Следующая моя машина будет электрическая. И скорее всего это будет Jaguar I-PACE. Я уже тестировал его – он прекрасен. Хочу еще покататься весной, изучить и пос­мотреть как он приживется к Москве.

Мне нравится, что сегодня водителей приучили к порядку. Я стал спокойнее и не переживаю, когда моя супруга везет детишек. Но когда вижу хулигана, хочется догнать его и втол­ковать, что на дороге надо думать не только о себе, но и обо мне! Это самое главное. Авто­гонщики меня научили еще одному полезному правилу: о том, что творится сзади, я должен знать лучше, чем о том, что происходит впереди. Я взял у них много уроков в школе ­мастерства Jaguar Land Rover Experience. Советую и вам в­ыпускать пар именно там.

И да! С 21 марта все на картину “Балканский рубеж”!

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика