Самая слабоизученная территория Казахстана. Место, откуда ушел мировой океан. Прямо сейчас наш Discovery – на его дне

Самая слабоизученная территория Казахстана. Место, откуда ушел мировой океан. Прямо сейчас наш Discovery – на его дне

Казахстан – сплошь ровная до горизонта степь, пыльная и плоская, как чуланный стол. Садитесь, двойка…

Вполне сошло бы за правду, если б не территория, радикально отличающаяся от всего, с чем принято ассоциировать казахские просторы. Территория в 200 000 квадратных километров, приподнятая над землей и морем, расколотая, выточенная водой и ветром, отполированная временем. Имя ей – Устюрт.

Территория плато – по сей день заповедник легенд и выдумок. При этом официально Устюрт, часть полуострова Мангистау к востоку от Каспия, по-прежнему относят к категории слабо изученных мест нашей планеты. Круглые бетонные шары на песке, рукотворные каменные стрелы и глубокие карстовые воронки с тысячами пещер: если не можешь объяснить хотя бы часть того, что видишь, – оберни это в легенду. Ведь так?

Начинается все издалека и вполне предсказуемо. Сотни километров пыли, полыни и асфальта от города Атырау на западе наши Discovery поглощают ровными порциями, чередуя с остановками и торможениями перед выходящими на дорогу верблюдами. Ни намека на приключения, способные раскрыть набор внедорожных качеств нового “Диско” в очаровательно-апельсиновом цвете Namib. Во внедорожной табели о рангах дорога на юг, к Бейнеу, стоит где-то между загородной экскурсией и вылазкой на дачу. Эти территории вокруг – кладовая Казахстана: под нами нефть, которая питает страну. Слева и справа тело степи, как комарами, усыпано насосами, которые тянут наверх черное золото, часть которого даже уходит на экспорт.

Логично, что асфальт тоже хорош. Настолько, что за час Disco может слопать и 150, и 200 километров шоссе. Но мы не спешим, большей частью из-за нежелания иметь дело с полицией и крупными штрафами за спешку. Стоит позволить с

ебе больше ста десяти – и возникший из ниоткуда казахский блюститель с удовольствием освободит полчаса, чтобы послушать твою историю и облегчить карман. Удивительно, как в степи, где решительно невозможно спрятаться, удается скрыть целый автомобиль.

Эти мысли плавно доводят нас до горизонта, который мистическим образом начинает раскручивать события. Убаюканные вечной ровной степью глаза фиксируют холмы и скалы, а рельеф меняется так, будто геология врубила быструю перемотку. За секунды маячивший в периферийном зрении холм вырос до размеров скалы, а горизонт сделал сальто, открыв то, чего, казалось, не спрячешь на равнине.

Океан отступил примерно 66 миллионов лет назад, обнажив сложное дно...

Официально Устюрт – тоже пустыня, но плато поднято над прикаспийской низменностью на 150-300 метров. Сам же Каспий и территории вокруг не что иное как остаток океана Тетис, древнего, как само время. А меловые скалы – это берега, почти забывшие воду. Океан отступил отсюда примерно 66 миллионов лет назад, обнажив сложное дно. И осадочные породы, когда-то подстилавшие толщу воды, взялся искусно точить ветер.

Забраться на “столешницу” Устюрта, чтобы своими глазами увидеть панораму выпиленных полосатых скал Мангистау, не так просто. Я включаю пониженный ряд, активирую внедорожный круиз-контроль Land Rover, и мы медленно начинаем взбираться, минуя острые камни. Discovery тихо крадется наверх, чтобы через несколько минут застыть у самого края обрыва. Я выхожу из машины и обнаруживаю себя на тонкой плите, выступающей над пропастью. Вокруг и под нами – подковообразный берег, открывающий панораму гигантского каньона с выточенными полосатыми скалами. Место, откуда ушел океан, странным образом наполнено его энергией. Закроешь глаза – и носящийся по каньону ветер кажется бризом Тетиса. Жаль, он совсем не освежает: воздух вскипячен, и единственное место, не гарантирующее солнечный удар и обезвоживание, – кондиционированный салон Discovery.

По пути вниз, к урочищу Босжира в сердце соляной равнины, мы встре­чаем расходящиеся в стороны колеи. Устюрт навещают туристы, здесь живут, ночуют и ездят. Но ощущение, что ты один на тысячи километров вокруг, не поки­дает: куда ни глянь, горизонт слишком широк, а после роскошного заката вокруг нашего мини-лагеря не зажглось ни одного огонька. Планета Татуин – и та кажется более обитаемым местом.

Устюрт навещают туристы. Но ощущение, что ты – один на тысячи километров вокруг, не покидает

Ночью рядом с палаткой я слышал чей-то шум и перешептывания, приняв их за человеческие. Но посветив фонарем в сторону удаляющихся теней, разглядел верблюдов. Соль, пустыня, каньоны, гор­батые… пространство-время кружат вокруг, меняя картины. Утром в трех шагах от лагеря мы разведали нечто, похожее на Бонневилль, – абсолютно плоскую белую пустыню, на которой наверняка можно поставить рекорд скорости. Жаль, Босжира слишком далека от рекордсменов, а по краям слишком похожа на болото: стоит наехать – и придется копать н­евыносимо густую грязевую нугу.

Соль сменяется пылью буквально через час. А через два в зеркале я не вижу ничего, кроме бежевой бури, поднятой коле­сами Discovery. Пыль настолько тонка и невесома, что проникает в салон, з­ависая в воздухе. Одолев пустыню, мы рвемся через степь к асфальту, который выведет к берегу Каспийского моря. На одометр еще вчера новенького Discovery накручен вполне серьезный пробег.

Мангистау и Устюрт дали внедо­рожникам размяться. Как только наша колонна въезжает в прикаспийский Актау, завершая пробег, я уже знаю, какая точка в экспедиции “Время новых открытий” сле­дующая.

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика