Fun-тест: Лопасти власти

TG вызывает поддержку с воздуха. Мы на лимузине. Нам можно

Лимузин раскачивается, как лодка. Огромная ладонь легла на крышу и давит на наш Hyundai Equus Limo. В ушах – разрывающий воздух грохот вертолетных движков. Над нами висит боевой Ми-28Н, “Ночной охотник”. Грозный и совершенный. Мы смотрим на него, как школьники, с открытыми ртами. На сегодня этот монстр – наш...

Не имеем ничего против города Торжок. Однако это не то место, где мечтаешь провести медовый месяц. Особенно в марте, когда негреющее солнце то и дело застилают снежные тучи и срывается яростная метель. Благо в погоде нас интересует только одно: летная она или нет. И Торжок интересен нам по той же причине – здесь расположен центр боевой подготовки и переучивания летного состава армейской авиации. Проще говоря, вертолетная база ВВС России.

Так что мы едем в Торжок. И едем не просто на машине – на Автомобиле. Это – лимузин-версия Hyundai Equus. Вообще-то он не нов: в Корее этот длинномер существует с 2009 года. Но в Россию пришел недавно – видимо, ждал, пока его стандартный брат укоренит в нашем сознании понятие “корейский премиум”. Раньше оно казалось смешным. Теперь – нет. А тем, кто все еще смеется, Hyundai может предъявить перспективный танк К2 “Черная пантера”. Да, Hyundai строит еще и танки, поезда и бульдозеры, у него десятки подразделений и фирм.

Компании с такими возможностями построить лимузин – как два пальца отстрелить. Оттого в нем чувствуешь себя уверенно. Мы едем на военную базу на подходящем, можно сказать, генеральском автомобиле. И мотор тут под стать. Под капотом – V8 объемом пять литров и мощностью 430 лошадей и восьмиступенчатый автомат. Правда, у вертолета, который ждет нас в конце пути, лошадей в десять раз больше... Но на то он и боевой.

Дороги в Торжке хреновые. Слава Богу, не настолько, чтобы Equus сел на брюхо, но ездить тут на чем-то легкомысленней УАЗа нелогично. Поэтому нам непросто. Пришлось забыть про плавность и быстроту, сопровождавшие нас по дороге сюда, и отпустить газ. Максималка в городе ограничена ямами и не превышает 30 км/ч. Но генералу сзади это безразлично, ведь у него есть обогрев и вентиляция кресла, собственный климат-контроль и клавиша Relax, для полноценного отдыха раскладывающая кресло и откидывающая подставку для ног. Жаль, конечно, топтать светлую кожу берцами... хотя нет, для победы ничего не жаль.

К слову, все эти лимузин-удобства доступны только сзади справа. Та же дискриминация и спереди: у водительского кресла больше функций, чем у пассажирского. Увы, одинаково баловать всех -четырех седоков слишком дорого. По сути, Limousine – это удлиненная -версия “Икуса” в комплектации Royal: тот же мотор, те же прибамбасы. Но плюс

300 мм к колесной базе и 300 000 к цене: 3 990 000 рублей – и он ваш.

Заехав в город, мы остановились у магазина. Наш кортеж из черного лимузина и съемочного внедорожника вызывает здесь либо тревогу, либо... не вызывает ничего. Из магазина выходят мужчины в пилотских комбинезонах – обычная картина в Торжке. “Как проехать на базу?” – спрашиваем мы. Авиация чешет затылок, поглядывая на Equus. “На этом не проедете. Придется в объезд. Слушай сюда...”

Но мы проехали. Кое-как одолели раскисшую грунтовку и подкатили к КПП. Военные относятся к авто с пониманием и уважением: черный, длинный, тихий. Ворота открываются. Мы не спеша двигаемся вдоль вертолетных стоянок к нашему герою – Ми-28Н. Проезжаем вдоль забора, за которым сгрудилась экспозиция небольшого вертолетного музея: ранние “Ми”, кургузая “четверка” – первый военно-транспортный вертолет СССР. Многоцелевая “единичка”, колченогий гигант Ми-10, похожий на стрекозу, – между его лапами помещались автобусы и вагоны. Удивительные машины. Великая история.

Когда в зеркалах висит боевой вертолет, в животе холодеет

А каким фольклором пропитана эта земля! Сколько рассказов можно услышать, всего день пообщавшись с летным персоналом! Например, про визиты “мишных” (но очень не мимимишных) испытателей, с которыми ужасно жутко летать. Еще бы, ведь один из тестов – посадка с неработающими двигателями с высоты 150 метров! Испытатель тонко маневрирует, ловя воздушный поток, чтобы раскрутить винт и снизить скорость падения. Но приземление все равно выходит таким жестким, что иногда ломаются стойки шасси... Мы услышали историю про то, как два экипажа, по очереди управляя заправленным под завязку Ми-26, без посадок долетели до Тикси, на что ушло около 15 часов. Ми-26, кстати – самый большой в мире транспортный вертолет. Когда он взлетает, рушатся города... Говорят, один такой закопан где-то здесь. Машина якобы участвовала в ликвидации последствий Чернобыля, и ее зарыли, чтобы не “фонила”. Верится с трудом: для похорон такого гиганта нужна яма с многоэтажный дом, а могильщиков ждет лучевая болезнь...

Вот он, наш Ми-28. Красивого матово-серого цвета, совсем свежий – выпущен в декабре 2013-го. Нас он просто влюбил в себя: простые, функциональные, продуманные формы, невероятный арсенал и возможности, грозный вид, устрашающая мощь. Он разрушительно прекрасен!

Поначалу парни, готовящие борт к вылету, относятся к нам настороженно: на территории военной части люди с камерами всегда вызывают подозрения. “Вас ФСБ уже срисовала, – говорит приставленный к нам подполковник. – Так что снимайте камеру с машины. К месту съемки доедем без нее. А то потом хрен докажешь, что она была выключена”. И он прав – доказывать, что ты не шпион, тут надо ежесекундно.

“А откуда у вас машина такая козырная? Может, вы бандиты?” – говорят ребята, скидывая чехлы с “двадцатьвосьмерки”. “Спокойно, парни, машина не наша, – улыбаемся в ответ. – И вообще, вам с таким вертолетом разве есть, чего бояться?”

Под капотом у “Ми” – два движка по 2200 л.с. Не слабо? Когда он взлетает, стоять рядом почти невозможно: наш оператор еле удерживает штатив, буквально падая с ног. С него срывает шарф и шапку, накрывает волной пыли, а Ми-28 отрывается от шершавого бетона стоянки и вылетает в сторону взлетно-посадочной полосы, чтобы погоняться по ней с нашим Hyundai.

Когда в твоих зеркалах висит боевой вертолет, внизу живота четко ощущаешь холод. Крейсерская скорость – 265 км/ч, максималка – 300, динамический потолок – 5600 метров (максимальная высота, на которой он может просто висеть, – 3600 м). С такими данными тягаться сложно. Но мы нажимаем газ в пол, и двухтонный “Икус” рвет с места, утапливая пассажиров в креслах. Первая сотка – через шесть секунд! Оглядываемся: “Ми” опускает округлый нос, стремительно и грозно бросаясь в погоню. Через несколько секунд он уже грохочет над нами и с космическим ускорением уходит вперед. От воздушного потока нас колбасит, как бивалютную корзину. Нет, никто и не думал с ним спорить. Просто было интересно...

“Ми” может очень многое – начиная от самостоятельного огибания рельефа и полного автопилота и заканчивая огромной огневой мощью, ориентированием в кромешной тьме и плохих погодных условиях. А еще в нем есть катапульта. И работает она иначе, чем в конкурирующем Ка-50 “Черная акула”. Там экипаж выстреливается вверх, но сперва пиропатроны должны вышибить стекла кабины, а затем – отстрелить вращающиеся лопасти обоих соосных винтов. Дело выходит очень рисковое, поэтому за катапультирование дают “Героя России”. Но в 28-м лопасти остаются на месте. Отстреливаются вбок двери кабины (у командира и пилота они с разных сторон) и консоли крыльев. А под кабиной – понтон, из которого на--дувается конструкция, похожая на небольшой диван. И на этом диване экипаж с парашютами падает вниз... В общем, мало кому охота посидеть на такой “мебели”.

На консоли подвешивают барабаны для ракет

После нашей гонки борт прибывает на стоянку, где его начинают вооружать. На консоли крыльев подвешивают барабаны со сквозными турелями – сюда закладываются неуправляемые ракеты, НАРы, калибром 80 мм. В переднюю вращаю-щуюся пушку заряжают ленту патронов длиной с полруки взрослого человека. Калибр – 30 мм, как у БТР. После зарядки вертолет должен отбыть на стрельбы. А пока перед ним нельзя даже ходить. В него нельзя садиться никому, в том числе пилотам, пока не поступит команда. Поэтому весь интерес переключается на Equus.

“Сколько жрет в час?” – спрашивают парни. После работы с вертолетами любой расход для них измеряется в часах. “В час – немного, на сотню около 13 литров”. “Нормальный аппарат. Но у нас все равно круче, – усмехаются «бортовые». – Хоть и немного дороже...”

Да, за один такой “Ми” можно выручить 180 “икусов”, как у нас. Сделка масштабная, но вряд ли заинтересует летный состав. Ведь как бы ни был стремителен корейский лимузин, его стихия – земля. На нем круто подрулить к вертолету. Чтобы после покорить небо.

Идея: Виталий Тищенко, Алексей Жутиков, Константин Новацкий
Фото: Сергей Крестов, Рустем Тагиров
Текст: Алексей Жутиков

TopGear: Практика

Зачем ставят широкие колеса и эффективны ли они в городе?

Почему ездить со сколами на лобовом стекле опасно?

Нужно ли прогревать двигатель в жару?

Как поднять мощность двигателя без чип-тюнинга и без доработок в конструкции?

Одинаково ли накажут за пересечение одинарной или двойной линий дорожной разметки?

В каких случаях можно опережать по обочине?

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика