Ричард Хаммонд о настоящем мотоцикле

Тому, кто считает, что завести машину холодным утром – хлопотное дело, никогда не приходилось бороться с хрупкостью мотоцикла Sunbeam 1927 года

Лошади – вопреки тому, что говорит один орангутанг двух с половиной метров ростом, известный зрителям канала Dave как ведущий TopGear, – отнюдь не “раскосые, пучеглазые бестии, которые боятся луж”. Они бывают немного пугливы, и да, в отличие от автомобилей они себе на уме. Но ум этот кроток, примитивен и больше всего озабочен тем, где найти островок травы получше. Лошади не третируют политиков и не спорят с Джеймсом Мэем о том, кто был капитаном какой подлодки во Вторую мировую.

Да, они не смотрят дальше кормушки с овсом и гадят на свой завтрашний обед. И да, иногда они в ужасе встают на дыбы, если мимо внезапно прошуршит пакет. Но это общественные создания, для которых знакомство – длительный и сложный процесс, древний танец, который выражает намерение, статус и потребность. Это вам не пьяная улыбка у стойки бара. Жена недавно приютила двух дартмурских пони. Они совсем молоденькие, все время прятались в старой конюшне и нервничали. Я увидел их только на этой неделе: жена отвела меня к ним, чтобы официально представить. Боже, какая это сложная процедура! Мне нужно было встать рядом, но не смотреть на них – пусть подойдут сами и обнюхают. Через несколько часов на них было позволено взглянуть, но только не в глаза. Наконец, мне разрешили нежно подышать в трепещущие ноздри. А еще через некоторое время – протянуть к ним руку, но только сжав кулак – мол, поднятая ладонь напоминает им атаку медведя и они могут броситься на меня со страху. Я возразил, что в Росс-он-Уай медведей нет, но кулак сжал и к концу дня уже похлопал их по шее.

Честно говоря, такая процедура знакомства слишком затянула бы коктейльные вечеринки, но я был поражен. Если столько церемоний лошади нужно для самого поверхностного знакомства, как же, наверное, интересно сойтись с ними поближе! Я подумал: может быть, то, что мне нужно, – это верховая езда? В конце концов я никогда не слышал, чтобы на знакомство с машиной уходило столько времени.

И тут приехал мой приятель Дейв Кэмерон с моим байком. Должен сказать, что этот Дейв Кэмерон – не тот толстощекий Дейв Кэмерон с телевидения. Этот Дейв – специалист по реставрации и обслуживанию винтажного транспорта. А привез он мой Sunbeam 1927 года, который я как-то купил на аукционе. Я в первый раз собрался прокатиться на 85-летнем мотоцикле, и церемония знакомства оказалась сродни лошадиной. Только еще сложнее. В 1927 году двигатель внутреннего сгорания был не просто новинкой – считалось, что это нечто очень важное. Но, черт возьми, как далеко еще было до “сел и поехал”!

Ричард Хаммонд о настоящем мотоцикле

Прежде чем завестись, нужно было прослушать двухлетний курс по машиностроению, чтобы точно знать, как он работает. Карбюратор там – не одна большая глыба, его составляющие раскиданы по всему мотоциклу. Найдите поплавковую камеру и нажмите кнопку, чтобы она наполнилась бензином. Не перелейте, чтобы не полилось через край – тогда он не заведется. Наливайте, пока не закроется шов на половине высоты золотника – это не специальная отметка, просто там запаяна протечка. Уменьшите угол опережения зажигания – это один из шести-семи рычажков на ручке руля – иначе оно включится не вовремя и, нажав на кикстартер, вы катапультируетесь в двери гаража. Закройте воздушный клапан, прокрутите стартер, выругайтесь и повторите. Нельзя включить и выключить зажигание. Мотоцикл разгоняется до 100 км/ч, но нет спидометра, чтобы узнать, что это случилось. Нет тормозов в нынешнем смысле этого слова, поэтому тормозить надо заранее. Фары зажигаются спичкой. Когда поедешь, важно увеличить угол опережения зажигания, когда двигатель прогреется. Но по датчику это определить невозможно – его нет. Переключать передачу нужно рычагом справа от бака. Сцепление на левой ручке. Снимешь правую руку с газа, и двигатель умрет, поэтому переключаться надо левой рукой, без сцепления, приноравливая скорость движения к скорости двигателя. Важный момент – проточная система смазки, механический насос подает смазку из бачка. В каплеуказателе у правой ноги нужно проверять, капает ли масло в камеру. Проверять нужно каждые восемь километров, а одометра нет. Если мотор перегреется, то плунжером на топливном баке нужно накачать больше масла в коленвал. Если этого не сделать – мотору конец. А датчика температуры, который покажет, что мотор перегрелся, нет. И все это нужно делать на ходу...

Легче наладить отношения с лошадью.

Что скажете?

Комментировать 0