О цветах

Почему раньше телевизоры были черно-белыми, а машины – цветными, а теперь стало наоборот?

Лет десять назад я впервые попал в Японию. И был искренне поражен черно-белым кино, которое ехало по умопомрачительным многоэтажным автострадам Токио. Поток черных, белых и серебристых машин кое-как расцвечивали только яркие кляксы такси и реклама на бортах автобусов и развозных фургонов. Это было непривычно. Это было странно – как будто всем автовладельцам вдруг отключили восприятие цвета.

По сравнению с этим цветовым минимализмом российский автопарк тех времен был пестрее петушиного пера. Завезенный из Европы секонд-хенд щеголял потускневшими, но все еще жизнерадостными оттенками красного, синего, зеленого, немарким бежевым, глубоким коричневым, таксомоторным песочным. ВАЗ вовсю красил в “мурену”, “вишню”, “баклажан”, “рубин”, “сапфир” и даже золотые “брызги шампанского”, хотя серебристо-голубая “снежная королева” и “мокрый асфальт” котировались выше.

Белый не нравился никому. Он был цветом коммерческого транспорта, чистым листом, нейтральным фоном для цветного логотипа. Автолюбитель-частник от него шарахался. Это только на Востоке белый много чего символизирует: у нас он ассоциировался только с фатой и безнадежной экономией средств. Купить новую иномарку, выкрашенную заурядной белой эмалью, было практически невозможно – белый был атрибутом самых дешевых и убогих комплектаций. Причем виртуальных – их придумывали, чтобы написать в рекламе: “Цена от...” Все равно редкие покупатели брали автомобиль с удобствами. А тем жлобам, которые желали купить машину по цене именно “от”, объявляли, что такую машину надо заказывать и ждать не менее полугода. Полгода ждать машину, деньги на которую уже жгут тебе карман (автокредитов тогда не выдавали), в России может только псих. Но у сумасшедших денег не бывает...

На прошлой неделе я вернулся из Сеула. Тамошний трафик ничем не отличался от токийского десятилетней давности: все оттенки серого плюс реклама и яркие апельсиновые такси – специально для иностранцев. Эти, оранжевые, вдвое дороже, зато их водители кроме корейского знают еще три языка: китайский, японский и английский. Местные ездят на тех, что подешевле – белых. Это вообще национальный корейский цвет. А черный у них, говорят, означает бдительность, стойкость, справедливость и целомудрие.

Сначала я развеселился, представив S-Class цвета “бдительность, стойкость, справедливость и целомудрие” с мигалкой. Потом привычно подумал про восточные предрассудки. А потом мне стало неуютно. Потому что я понял: поток автомобилей ч/б совсем не кажется мне странным, как 10 лет назад в Японии.

Вернувшись в Москву, я разул глаза и стал разглядывать встречные и попутные машины. С высокого этажа внимательно обозрел бескрайнее автоморе, к ночи захлестывающее мой спальный район. Опаньки! От сеульской наша картинка почти не отличается. За мужественный цвет в ней отвечают только вкрапления вишни и темной синевы. Желтый и желто-зеленый изредка позволяют себе девушки с фантазией и автомобилями Seat, Mini, Citroen или Peugeot 107. Девушки без воображения выбирают красный, но все реже и реже.

Почему раньше телевизоры были черно-белыми, а машины – цветными, а теперь стало наоборот?

Белая автоэмаль теперь нравится всем, белая кафельная плитка – почти никому. Бежевый автомобиль встречается гораздо реже, чем бежевый унитаз. В смысле цвета в магазине премиум-сантехники нынче гораздо веселее, чем в автосалоне премиум-бренда. Думаете, каприз моды? Думаю, не только.

Мне кажется, все дело в том, что из категории “Средства самовыражения” – что-то типа одежды – автомобиль переехал в графу “Бытовая техника”. Ведь микроволновки и холодильники тоже в основном белые, черные или серебристые. Мы перестали надевать автомобиль и выезжать на нем в свет. В свет мы выезжаем по Интернету, а машина – просто шредер для лишних километров...

Что, мрачновато? О’кей, тогда предположим, что вследствие всех своих нынешних совершенств машина стала профессиональным инструментом для перемещения в пространстве. Ведь профессиональные инструменты обычно тоже или сверкают алюминием, или покрыты черным матом, или сделаны из серого титана. Наверное, оттого даже невыносимо яркие в прошлом суперкары сейчас сплошь и рядом либо белы, как снег, либо черны, как сажа.

Но я голосую за третий вариант: просто мы наконец сроднились с автомобилями так, как много раньше – с лошадьми. А какие самые крутые лошадиные цвета? Конечно, белый, черный и “мокрый асфальт”! Зелеными кони не бывают, а вот рыжими, как Toyota GT 86 на обложке, – запросто. Синие, как Subaru BRZ, и даже красные, как Ferrari, тоже встречаются – у настоящих живописцев вроде Петрова-Водкина.

Так что позвольте спросить вас как художник – художника: ваш конь которой масти будет?

Что скажете?

Комментировать 0