Свой путь Кристиана фон Кёнигсегга

“Барон! – удивленно воскликнул Олег Богданов. – А где же лошади?” Лошадей явно не хватало, а барон оказался баронетом. Но одну мечту он уже осуществил – построил самый быстрый серийный автомобиль в мире.

При посадке в спорткар внутрь сначала заправляют пятую точку, а уж затем все остальное. Сиденье плотоядно поглощает тело. Бесшумно опускается гильотинная дверь, плотно присасываясь к проему. А по правую руку от меня уже сидит создатель болида - баронет Кристиан фон Кёнигсегг .

Пуск 817-сильного двигателя не совсем обычен. Пальцами правой руки надо изобразить “идет-коза-рогатая…” и на пульте в виде телефонного диска одновременно нажать две кнопки: “Зажигание” и “Исполнение”. Затем той же “козой” нажать еще две – “Старт” и “Исполнение”. Совершаю эти ритуальные движения, и гром за спиной подтверждает, что двуглавое чудовище проснулось. Взбадриваю зверя легким ударом по педали газа – рык мгновенно переходит в рев, а успокаивается очень нехотя. Это плохо. С такой замедленной реакцией акселератора нельзя стартовать на сбросе газа. Придется это сделать по-другому. Выставляю по тахометру 3000, ловлю момент включения сцепления и, слегка поигрывая им, плавно открываю газ…

400 лошадиных сил за спиной мне хорошо знакомы по тестам болидов TVR, Noble M12(тут надо сделать ссылку) и гоночного Audi TT DTM. Что будет, если их там 500 или 600, легко представить, даже не обладая особой фантазией. Но что такое 800 – можно только догадываться.

Свой путь Кристиана фон Кёнигсегга

Я рассчитывал на потемнение в глазах, прилипание внутренностей к позвоночнику, паралич дыхания, но все произошло очень уж обыденно. Ускорение – сил на триста. Вот тут-то я и провозгласил: “Барон, а где же лошади?” Мысленно. А на самом деле просто поинтересовался, куда делась мощность? Кристиан пощелкал клавишей бортового компьютера, который тут же обвинил компрессоры в полной недееспособности. Неужели порвался ременный привод?

Четверть часа спустя болид был вздернут на подъемник, и под визг электроотвертки на кафельный пол посыпались болты. Вскрыв днище и покопавшись в моторном отсеке, выяснили, что причина упадка сил проста – открыт перепускной клапан нагнетателей, и они работают вхолостую.

И опять взлетная полоса. Старт! Легкая пробуксовка, и вот нешуточное ускорение вминает в кресло. Пять передач до 7000, но шестая на полуторакилометровой прямой раскрутиться уже не успевает, да и на торможение место надо оставить. Повторяю маневр несколько раз, вылезаю из машины и говорюсам себе: “Пятьсот. Максимум”. Приходится брать за бока Кристиана и требовать предъявить наконец каждую из обещанных 817 л.с.! “Ну, что ж, – отвечает барон без энтузиазма, – завтра перепрограммируем мозги”.

На следующий день все утро Кристиан вправлял мозги своему детищу, и к моменту, когда мы оказались на взлетной полосе, CCR дожидался своих мучителей, вооруженный новыми "знаниями и умениями".

Свой путь Кристиана фон Кёнигсегга

Со старта сразу же стало ясно, что промывка мозгов прибавила и мышц. Я не стал зацикливаться на мощности и сосредоточился на управляемости, устойчивости, эргономике и прочем автомобильном либидо. Для начала выяснил реакцию на “ошибки”. Всегда важно знать, насколько автомобиль терпим к предельным режимам езды и как ведет себя в запредельной зоне. Koenigsegg откровенно порадовал! Он по желанию пилота срывался в занос, но оставался вполне управляемым. Темповая змейка на 150 км/ч не испугала ни его, ни меня – управляемость осталась отменной. Более того, показалось, что чем выше скорость, тем устойчивей болид! При экстренном торможении система АБС не угнетала назойливой дробью. А подвеска удивила энергоемкостью. Она не пропустила ни одного такого привычного для спорткаров удара, от которого у сидящего за рулем лязгают зубы, а позвоночник пытается проткнуть мягкую часть и вонзиться в сиденье.

Но повседневному употреблению Koenigsegg мешают два обстоятельства. Во-первых, задний обзор у него отсутствует совсем. Ну и правильно! Зачем при таких динамических возможностях смотреть назад? Ведь там ты сможешь увидеть лишь то, что мгновением раньше уже видел впереди. А во-вторых, при парковке приходится помнить, что дверь не только поднимается, но и, "вывинчиваясь", отодвигается в сторону. И если плотно прижаться к бордюру, ее уже не откроешь.

Что скажете?

Комментировать 0