Ричард о страхе

Вам бывает страшно? Ричарду бывает, и тогда он счастлив. Это одна из многих радостей, которые приносят чудовищно быстрые машины. Особенно с реактивным двигателем…

Не случайно некоторые автомобили с виду такие жуткие. У дизайнеров есть особые приемчики для внушения ощущения агрессии и грубой мощи. Я не знаю, как они это делают. И конечно, сам не смог бы нарисовать на компьютере ужасный суперкар, как не смог бы промчать на Murcielago LP670-4 SV по Нюрбургрингу, не угодив в забор. Но я знаю, что такие хитрости есть. И все это знают. Думаю, все понимают, что огромные воздухозаборники, например, означают ненасытный голод, а вздувшиеся над широкими шинами задние крылья таят в себе дьявола.

Конечно, это просто уловки. Самый яростный супекар, наверное, может выглядеть безобиднее дельфиненка и при этом отлично ехать. Но мы все равно глотаем эту наживку. Нас притягивают, гипнотизируют злобные морды и сабельные шрамы на мускулистом рельефе.

Когда в прошлом году я подошел к LP670-4 SV, то почувствовал себя козленком, которого дружки подбили пощекотать мошонку тираннозавру. Заводя мотор, я закрыл глаза и сотворил молитву. Если все будет плохо, это будет очень дорого, смертельно опасно и, главное, страшно стыдно. Но через несколько секунд страх перешел в уважение, а потом – в восторг. Я жал на газ, крутил руль и гонял отчаянно и весело, забыв обо всем, кроме баланса, мощности, управляемости и умопомрачительного звука.

Округлите воздухозаборники, смягчите острые углы, изогните несколько прямых – и я подходил бы к нему, вертя ключи на пальце, как реальный мажор. И не прошел бы через животный ужас приближения к чему-то, что может прыгнуть и откусить тебе голову. Но не думаю, что жуть наводится только затем, чтобы отдельные счастливчики могли производить впечатление на менее крутых смертных. Думаю, мы, пилоты, хотим, чтобы нас пугали.

Когда я подошел к Murcielago SV, то почувствовал себя козленком, которого дружки подбили пощекотать мошонку тираннозавру

Я, например, точно хочу. Меня в Top Gear автомобили не раз пугали до судорог – еще до того, как я в них садился. Довольно мрачное ощущение: валяться в каком-то дешевом отеле и знать, что завтра предстоит спуститься на трассу и сесть во что-то, что непременно испепелит тебя лазером, стоит лишь вставить ключ в замок зажигания. Крутясь на постели весь в поту, я был убежден, что автомобиль – Renault F1, на котором я ездил несколько лет назад, или уникальный экземпляр команды SWAT – в своем гараже тоже мечтает о том, что сделает со мной утром. Ничего из этого мне не понравится, и будет очень больно.

Разумеется, однажды чертова машина действительно прыгнула и попыталась меня убить. Ночь перед тестом того реактивного болида в 2006-м была, признаюсь, самой длинной. Часов 86 я пялился в потолок и гадал, каково это будет – пристегнуться к реактивному двигателю и разогнаться до трехзначной скорости, которая начинается не с тройки. И не с четверки... Но на ходу, среди грохота, ужаса и незнакомых кнопок, ощущение было совершенно изумительным, захватывающим. Я пережил самый сильный приток адреналина в жизни. Дело было не только в скорости, но и в ажиотаже, в чувстве, что я на пределе и как будто стал еще живее: острее ощущаю, как бьется сердце, кровь бежит по венам, а в голове искрят нейроны...

Потом я очнулся в больнице, убежденный, что был на вечеринке с моей женой-француженкой. Да, все пошло не так. И да, в тот снаряд я больше не сяду ни за какие коврижки. Но вот самое главное: я снова шагну навстречу чудищу и пощекочу его. С тех пор я делал это уже много-много раз. В пустыне я осмелился бочком подойти к Bowler Nemesis, который выглядел так, будто сожрет меня, не открывая глаз. Я промчался по соляным равнинам Бонневиля. Сегодня утром я проехал сотню километров по обычным извилистым шоссе на Suzuki Hayabusa, который в руках профессионала мог бы забросить меня на Луну. А еще я впервые подошел к вертолету один. Сел в него, завелся и взлетел, и рядом со мной никого не было.

Вот в чем тут дело: страх мне нравится. И не только мне. Все мы любим пощекотать воображение зловещим автомонстром, который мечтает нас убить. Это как осиное гнездо, в которые мы детьми тыкали палкой. Это вам не таскать на поводке злую псину, чтобы другие боялись. Это как проверка: а не слабо ли зайти к ней в вольер и подразнить ее? А потом повернуться спиной и выйти...

Что скажете?

Комментировать 0