Джеймс Мэй о человечных автомобилях

Современные дети... Откуда им знать, каково носить нейлоновые брюки? Или сидеть на виниловых креслах?

Теперь, когда мне стукнуло 50, я понимаю: вы, молодые, не знаете, как вам повезло.
Я еще хорошо помню и разочарования молодости, и скептицизм, и страсти, не находящие выхода, и вещи, от которых, как сказал Пол Уэллер, слезы гнева градом катятся по лицу. Но спорим, машины теперь у вас хорошие. Даже если это 10-летние развалюхи.

Могу поспорить, что шло плохо у меня, и у вас не очень получается: найти хорошую работу, быть при деньгах, починить насадку в душе, познакомиться с девушкой. Но автомобиль-то у вас хороший?

Я, собственно, тоже не понимал, как сейчас хорошо, пока несколько недель тому назад не начал работать над трехсерийным документальным фильмом для TopGear “Народные автомобили”. Это нечто вроде беглого обзора послевоенной погони за доступным массовым автомобилем, с перечислением всех неудачно взятых курсов. Конечно, мы вспомнили Beetle, первый Fiat 500, Fiat 124, Trabant, Mini, микрокары, Ford Cortina – в общем, все.
Ничто из перечисленного еще не было хорошим автомобилем.

Признаю, я с нетерпением принялся за дело. История – это очень интересно. Она – как длинная тень, которую мы отбрасываем назад. Огляды­ваясь, мы узнаем в ней свои теперешние очертания. Но со временем ужасы прошлого забываются, будь это война или сиденья в ранних Renault 4.

И надо же, я забыл, какие нечеловеческие муки испытываешь в салоне машины 60-х годов в солнечный день. Я рос в шестидесятых и семидесятых, и тогда лето было всегда жаркое. Плюс салоны обивали преимущественно винилом (версии для бедных, по крайней мере), а брюки шили из нейлона (мы и сейчас этим грешим). Это просто чудо, что мы выжили. Сейчас-то я понимаю, что символом эпохи должны быть не брюки-клеш, мебель ярких цветов или психоделические обложки рок-альбомов, а запах пота.

Вспомните, тогда еще не продавали воду в пластиковых бутылках и никто еще не боялся обезвоживания. Мы не плакали над сдохшими в раскаленном салоне собаками, потому что были слишком заняты собственным выживанием. Я проездил пять дней по Италии и Франции под палящим солнцем в старых Fiat, Renault и Citroen. С потом с меня сошло килограммов шесть. Я не мочился 48 часов, а когда пописал, получилась кучка.

Нет, прошлое было ужасно, и особенно в автомобиле. Первым моим автомобилем был Vauxhall Cavalier 1600L 1978 года. Не знаю, что означало это “L”, но не верится, что нечто еще более базовое могло бы ездить. Я уже говорил, что там не было часов. Только бежевый пластиковый квадратик закрывал дырку, куда для тех, кому по рангу было положено знать время, ставились часы.

Это еще не все. Здесь был обогрев заднего стекла, чего не было на Reliant Regal моего приятеля Меша. Что говорить, у него даже колес не хватало.

Rolls-Royce или Jaguar оснащали кондиционером. Владельцы машин попроще за лето высыхали, как вяленые помидоры, а в остальные месяцы они кутались в шарфы и шапки.

Мы в Vauxhall пели, потому что радио не работало. Кроме того, из машины сперли вешалку, которая служила нам антенной. Кассетника тоже не было. Те из вас, кому нет еще 20, наверное, и не знают, что такое кассетник. Если подумать, мы в 20 лет тоже этого не знали.

Когда шел дождь, дворники не работали, ничего не было видно, поэтому ты тормозил и улетал в кусты. Если с утра вообще удавалось завестись. В то время большой проблемой была “сырость”. И не только на улице. В домах тоже.

Простите, я не хочу нудеть, как старая плесень. Я раньше утверждал, что у автомобиля не было большого прорыва, как у самолета или поезда. Но я ошибался. На самом деле автомобиль здорово продвинулся вперед, и это касается самых насущных вещей. Кондиционеры, впрыск топлива, электронное зажигание, хорошие фары, дворники, которые не отваливаются, ABS и салон для нормальных людей, а не для наказания преступников.

Автомобиль был изобретен в 1886 году, но только в 1995-м стал человечным. Надеюсь, ваша машина не старше?

Темы:

Мэй

Что скажете?

Комментировать 0