Лапо Эльканн

Один из директоров ателье автокутюра Limitless Ferrari, наследник династии Fiat и икона стиля… это Лапо Эльканн

Тирания корпоративной субкультуры в автоиндустрии нечасто позволяет ярким личностям вырваться на волю из сумрака залов для заседаний. Они там есть, несомненно. Просто представьте, какой выдержкой надо обладать, чтобы принимать ключевые решения в бизнесе с такими высокими ставками, что индустрия кино или моды рядом с ним выглядит придорожным ларьком. Потому, наверное, большие шишки обычно о-очень сдержанны.

Но не все. Явление Лапо Эльканна в рес торан на встречу с нами походило на взрыв: вспышка основного цвета, огромные очки, ослепительные шузы плюс слишком колоритные и экспрес-сивные жесты. По пути к нашему столу он раз дал по меньшей мере десяток рукопожатий. Харизмы у Лапо хоть отбавляй: побольше бы таких биг-боссов!

Яркий персонаж. Да и на большую шишку вовсе не похож – во всяком случае сейчас. Кто же этот парень, и почему он нам так интересен? В 2007 году он основал компанию Italia Independent – студию дизайна и стиля, ассортимент которой включает одежду, ювелирные украшения, оправы и солнечные очки с очень индивидуальной эстетикой и ощу тимым влиянием автоиндустрии. Например, I-I первой стала использовать для очков карбон, а для одежды – кевлар. В холдинге есть креативное агентство: среди его клиентов – Diesel и Levi’s, алкогольный и джинсовый бренды.

Лапо Эльканн

В прошлом году I-I создала оригинальную спецсерию Alfa Romeo Brera. Недавно Лапо заключил с креативным директором Gucci Фридой Джаннини контракт на создание Fiat 500 Gucci, а Gucci – не тот бренд, которым метят старые слабенькие проекты. Маэстро стиля Лапо – сам его фанат. В 2009 Vanity Fair включил Лапо в список персон, которые одеваются лучше всех, а Том Форд (король моды и режиссер, а не замглавного в британском TopGear) назвал его “самым стильным мужчиной в мире”.

Более того, вместе с Ferrari и его дизайн-директором Флавио Манцони Лапо только что начал работу над концептом Limitless Ferrari. “Наши консультации помогут клиентам Ferrari скроить свои машины самым индивидуальным и уникальным образом, – говорит он. – Это работа на индивидуальный заказ, как у Huntsman или Anderson & Sheppard. Мне интересны интригующие ткани, необычные материалы, и я хочу изучить потенциал этих прекрасных машин. Хотите пинстрайп на сиденье – отлично! Хотите – карбон, кашемир, титан… Лакшери-кары должны быть открыты для новых материалов и элементов. Кожа – прекрасно, но это не единственный материал для салона авто”.

Этот сервис откроется в различных ателье Ferrari по всему миру.

До недавнего времени Лапо ездил на пастельно-голубом 599 GTB (любимый цвет, такого же цвета у него два “тюнингованных” Blackberry) с матово-черной крышей. Салон отделан не кожей, а джинсовой тканью. “Люблю джинсу. С ней жить проще”, – говорит он, широко улыбаясь. Он только что переехал в Лондон и в новом родном городе ездит на Abarth 500. Лапо вырос и получил образование в Париже, но пожил и в Лондоне, и в Рио, в Токио и Нью-Йорке. У его 500- го цвет итальянской военной формы, салон из темной джинсы и черные диски. Чисто стелс, но от радара парковочной мафии Мейфэйр не уйдешь...

Лапо Эльканн

“Бывает, штрафуют, не буду врать, – говорит он смущенно, разобравшись с парковщиком. – Я настоящий итальянец за рулем. Иногда не хватает дисциплины. Часто превышаю, люблю скорость. Мне нравится адреналин. Но если хочется погонять, надо ехать на трек. Я люблю ездить с Дарио Бенуцци , он гений. Он водит машину сердцем, а не разумом. Я тоже все делаю сердцем. А с Ferrari моя страсть зашкаливает”.

Ferrari, само собой, объект неистовой страсти большинства итальянцев. Когда “Скудерия” побеждает в “Формуле”, то побе ду отмечают всей страной. Но для Лапо это действительно семейное дело. Почему? Потому что он – внук Джанни Аньелли, отпрыск самой знаменитой авто мобильной династии. Конечно, есть Квандты в BMW, есть Форды, Порше, но Аньелли – император. Он поднялся выше всех, в 1969 году купил и Ferrari, и было время, когда его бизнес приносил прибыль до 4% итальянского ВВП. И он был ярым фанатом “Ювентуса” (тоже часть семейной империи).


«Я ОТ ПРИРОДЫ ЛЮБОПЫТЕН. НЕЛЬЗЯ НИЧЕГО СКАЗАТИЬ О ВЕЩИ, ЕСЛИ НЕ ДЕРЖАЛ ЕЕ В РУКАХ. Я КАК ФОМА НЕВЕРУЮЩИЙ: ВЕРЮ ЛИШЬ ТОМУ, ЧТО ВИДЕЛ»



С братом Джоном и сестрой Джиневрой Лапо – главный акционер Exor, дочерней компании Fiat Group. Джон – президент Fiat Group, и до 2005 года Лапо был директором отдела продвижения бренда всех марок Fiat. Он смог реабилитировать имидж Fiat отличными новыми продуктами и в тесном сотрудничестве с Люкой де Мео (ныне боссом маркетинга в VW) успешно вывел на рынок Fiat 500.

“Я работал там три года, очень трудно было, – говорит Лапо. – Не хочу сказать, что все сделал в одиночку, но было непросто. Cinquecento был двигателем мотивации в Fiat, он обновил имидж всей компании. Работе в этой компании я отдавался по са­мую макушку, хотя это с любым проек­том так. Конечно, 500- й был и продуктом, и проектом, который я люблю до сих пор. 500- й – вообще продукт любви. Очень мало таких машин, их и должно быть мало.

Работать в Fiat было сложно, как в любой большой корпорации. Не все идет так, как хочется, и обычно дело сложнее, чем видится со стороны. Приходится... идти на компромисс. А у меня это не очень хорошо получается”.

Лапо Эльканн

Работал Лапо много, но и отдыхал очень активно. В 2005 году после улета в наркотический штопор он впал в кому. По иронии судьбы, человек, который помог реабилитировать компанию, сам нуждался в реа билитации. Сейчас он уже шесть лет как в завязке и говорит о своей решимости держаться дальше с трогательной горячностью и искренностью. А сегодня хочется говорить о машинах. “Моя работа – мои компании, – признает он, – а не семейный бизнес. Но это не значит, что я не фанат автомобилей или что я не слежу за собы­тиями в автомире. Я беру машины на пробу, испытываю все, что могу. Мне нравится водить их и определять, в чем ценность одной машины по сравнению с другой. Я от природы любопытен. Нельзя ничего сказать о вещи, если не знаешь ее, не держал в руках. Я как Фома неверую­щий: верю лишь тому, что видел”.

Он уже катался на Lamborghini Aventador (“Есть автомобили, и есть самолеты. И есть автомобили, как самолеты. Aventador – такой, изумительный Enzo – другой”, – говорит он восхищенно.) Он считает, что Bugatti Veyron слишком германский, но ему нравится, как компания работает с материалами и то, как отделаны машины. Он любит Nissan GT-R, доказывая тем самым, что он не эксцентричный евроцентрист, как я было подумал. “Боюсь Hyundai и Kia, – говорит он серьезно. – В смысле дизайна, качества и эстетики они растут год от года. Они скромные, эффективные и не меряются понтами, как другие марки. Я это уважаю”. Он фанат Aston Martin, но концепцию Cygnet ценит выше, чем его исполнение. “Cygnet интересен, но не секси: у него нет души, он не такой, как Mini или Fiat 500. Думаю, Abarth 500 – более сексуальный ответ на вопрос, который они задали. Автомобили должны быть соблазнительными. Не в смысле аппетитной задницы: они должны быть чертовски красивы, обалденно красивы! Для меня дизайн – две трети автомобиля. Но и красивый автомобиль можно загубить, если выпустить его на рынок не вовремя”.

Лапо Эльканн

Как вы можете себе представить, он в курсе слухов о том, что VW собирается покупать Alfa Romeo.

“Понимаю, к чему вы клоните”, – смеется он, когда мы заговариваем о трудностях Fiat Group и кучи его брендов. Он утверждает, что Lancia в конце концов “снова обретет душу”, но соглашается, что ему интереснее другое: “Послушайте, это не мое дело, я не директор компании. У моего брата отлично все получается, и Маркионне – гений. Но если бы я участвовал в этом, то занялся бы не Lancia, а Alfa Romeo. 4C великолепна, даже сексуальнее, чем Lotus, она живее, увлекательнее. Она должна совершить прорыв. Что бы немцы ни говорили, Alfa Romeo – чистокровная итальянка, мы гордимся ею и будем ее двигать”.

Он заказывает эспрессо и исчезает покурить. Скоро, говорит, и курить бро сит. И снова повторяет, что у него много работы в своих компаниях. Но дух Аньелли прет наружу, и чувствуется, что в один прекрасный день Лапо не сможет противиться притягательности автомира – наркотика особого рода, если можно так сказать. Будем надеяться. Мы его ждем.

ТЕКСТ: ДЖЕЙСОН БАРЛОУ, ФОТО: ДЖО ВИНДЗОР-ВИЛЬЯМС

Что скажете?

Комментировать 0