Экскурсия в ад

Баха. Две тысячи километров мексиканского пекла... Назвался груздем – полезай в кабину!

Мы в Тихуане. Баха-1000 здесь – событие эпохальное. Это самый длинный и самый изматывающий марафон по бездорожью. Маршрут тянется по полуострову на юг вдоль тихоокеанского побережья Мексики. Крупнейшее спортивное событие страны собирает 1,5 млн зрителей, они плотно усе ивают весь 1800-километровый маршрут.

Мы с фотографом Джастином записались в участники. Здесь никто не проверяет подготовленность участника к гонке. Лицензия не нужна, достаточно зеленого браслета, который надевают при регистрации, да машины поуродливее. У нас багги Baja Challenge, он выглядит меньше, легче и быстрее, чем есть на самом деле. У него атмосферная оппозитная “четверка” Subaru в корме, 175 л.с., четырехступенчатая механика и задний привод. А самый смак в том, что ход у подвески 45 см и шины грубее, чем физиономия моего инструктора по вождению.

Рич Минга – голливудский каскадер, но светлые глаза, как будто выцветшие на солнце, суровые черты и убийственное спокойствие выдают истинного пилота. Знакомимся с багги. Я поглощен машиной, а Джастин с тем же потерянным выражением, как и вчера вечером, обнаруживает, что штурман отвечает за навигацию и переговоры. 16 радиоканалов! Боже!

Экскурсия в ад

ВС-6 едет на старт. Оливер и Джастин очкуют где-то за кадром

Что ж, хотя бы научусь водить багги. Я узнаю много нового: главное – инерция; коробка никудышная; лобового нет – оно осыплется от первого же булыжника; дверей нет, чтобы легче было выбираться из перевернутой машины; следует опасаться “гребенок”, а самая большая проблема – пыль. Еще узнаю, что неинформативный, пустой и все же поразительно острый руль – благо. Что-то сомнительно.

В остальном гонять на багги весело: просто мчишь себе и мчишь, не разбирая дороги. Рич заметил во мне некую эйфоричность и решил меня немного остудить: “Ты понимаешь, что это очень опасно?” – “Ага!” – “Что на маршруте болтаются пьяные зрители и устраивают ловушки?” – “Ну… Э-э-э…” – “Что гонщики побыстрее сначала подтолкнут, а потом выпихнут тебя с трассы, если быстро не подвинешься?” – “М-м-м…” – “Что люди тут каждый год гибнут?”

Экскурсия в ад

Гонка сегодня: до старта пять часов. Начав сложную процедуру одевания, уже не поболтаешь. Одежды много, много всяких проводов и трубочек. Лишь одна из них идет к пенису. Остальные проводят воздух и воду к шлему, есть еще провода радиосвязи. Надо надеть кучу всего: защиту почек, воротник на шею, подшлемник от пыли и жилет. К машине подходим медленно, как космонавты в скафандрах. Наш BС-6 как новенький. Мы закидываем снаряжение и машем товарищам по команде. Баху в одиночку не проходят. Вообще-то можно, но со справкой из дурдома. План такой: мы проедем первые 644 км, а потом отдадим машину Джесси и Джошу, которые передадут ее последней паре – Стиву и Доку (настоящему доктору, стоматологу), а уж те проедут последний участок до Ла-Пас. Если мы вернем им BC-6 в целости. Мы – последняя из шести машин в классе Baja Challenge. Первая и вторая – ветераны, они нацелены на выигрыш. Машины с третьей по пятую ведет отряд экстремалов, которых спонсирует Monster. Клиренс между ног у них меньше, чем у их машин, и настроены они воинственно. Оглядываюсь на Джастина, мне его жаль. Я-то в ралли уже участвовал, а он в автоспорте девственник... И у меня гадкое предчувствие, что этой девственности он лишится самым ужасным способом.

Экскурсия в ад

Погнали! Смотрите, какой чистый багги. Таким он будет ровно 800 м

Падает флаг, стартуем мы гладко. Два поворота по асфальту, потом крутой правый, и начинается Армагеддон. Мы плюхаемся в канаву. Третья передача, газ до отказа, не зарываться носом в грязь и колеи! И пошло безумие... Высокий насыпной трамплин. Я обещал себе, что не сброшу газ, но ведь он высотой в два с половиной метра! Ну ладно, семь бед…

Джастин облегченно ухает в микрофон, когда мы приземляемся ровно и мчим дальше. Большая лужа карамельного цвета. У меня – ни брызговиков, ни лобового. Стена тухлой воды рушится в салон. Фотоаппарат обтекает у Джастина на коленях. На первом же километре мы угробили Nikon! Мат-перемат. Джастин запоздало сует фотик в непромокаемый мешок. Высохнет камера только через 88 км.

Экскурсия в ад

Теперь мы взбираемся в горы – сквозь каменистые карьеры, брошенные поселки, бродячих собак и скандирующую толпу. Бах! Это меня легонько “похлопали по плечу”. Я даже не видел, как он нагнал меня, такая стоит пыль. Резво, как блоха, соскакиваю на обочину и пропускаю прыгучий Beetle. Вместо “спасибо” он забрасывает нас острым гравием.


«ГОНЯТЬ НА БАГГИ ВЕСЕЛО – МЧИШЬ СЕБЕ, НЕ РАЗБИРАЯ ДОРОГИ»



Прошло 20 минут. Мы с треском и грохотом спус­каемся по крутому склону оврага на илистое дно. Овражек небольшой, метров 200 шириной, но на пути я вижу три засевшие машины, из-под двух бьют фонтаны ила, третья неподвижна, зато экипаж лихорадочно копает. Главное – инерция. Пониженная передача. И – газ! Ощущение, что ты въезжаешь в темно-коричневый сугроб: взлетает мельчайшая взвесь и неподвижно зависает в воздухе. Каким-то чудом мы выскакиваем в нужном месте, но носом в другую сторону. Не бросаю газ, резко разворачиваюсь, распугиваю зрителей и отваливаю.

Экскурсия в ад

И так до самого вечера, когда мы наконец съезжаем с гор, громыхая по саду камней, в который не рискнули бы заехать еще три часа назад, и выезжаем на дорогу. Наше облегчение настолько сильно, что можно потрогать. Мы проехали 142 км. Наехали на багги Class One, попрыгали со слепых трамплинов, обнаружили, что вместо гудка у нас сирена (мечта детства), круто перетормозили 400-сильный трак в быстром повороте и сделали миллион других штук. Я не слышал ни слова из того, что говорил Джастин. Во рту – стойкий вкус ила. Это были самые тяжелые, самые зверские 142 км в моей жизни. Мы оба устали и, несмотря на отличную работу подвески, отбили себе всю начинку. А впереди еще 500 км.

Но теперь мы в пустыне под ясным небом. Отличный участок: мчим по плотному песку, шны­ряем в низких кустах, а над кактусами рядом с нами летит вертолет. Мы едем быстро, догоняем остальных. “Знаешь, что это значит? – спрашивает Джастин по связи, которая сама собой наладилась. – Скоро начнется черная полоса”.

Экскурсия в ад

Trophy Truck. 850 лошадей на метровой подвеске. Жуть!

Как в воду глядел. Мы мчим на четвертой, пауко­образная подвеска крепко цепляется за грунт, мы стремительно пожираем километры. И промоину на дороге замечаем слишком поздно. Лишь тогда, когда уже летим с кромки сухого русла так стремительно, что приземляемся на другом берегу. Прямо на камни. Руки, ноги, головы мечутся по кабине, когда багги рикошетом отлетает в небо и перепрыгивает кромку берега. Меня трясет так, что я не могу поймать ногой педаль, руками – руль, не могу нащупать передачу. Ни разу на гонке мне не было страшно. А вот тут я испугался. И мне больно. Я осторожно спрашиваю Джастина, как он, но из меня вылетает только сипение волынки. Мы немного сбрасываем газ, но вот проезжаем мимо BC-1, который латает шину, а вскоре догоняем BC-4. Я чувствую подъем и обещаю про себя, что мы обгоним их до пит-стопа. На пит-стоп приез­жаем в темноте. Сверяем записи. Следующий участок тяжелый. “Тяжелее того, что прошли?” – интересуется Джастин.

Экскурсия в ад

Гребенка. Звучит прикольно, да? Представляю, как это выглядит: песчаные гребни поперек дороги, как застывшие волны в пустыне. Trophy Trucks прыгают по ним с гребня на гребень, пружиня подвеской с метровым ходом. “И сколько еще?” – спрашиваю я Джастина обрывающимся на прыжках голосом. “Не знаю, наверное, уж скоро кончатся”. Мы проехали несколько сотен метров, а нас уже укачало. Я пробую увеличить скорость, но тогда мы летим с одного гребня и с грохотом приземляемся на следующий. Автомобиль выдержит, а мы – нет. Ладно, пусть будет около 60 км/ч. Едем дальше. Я пытаюсь приноровиться. Расслабить тело, разжать зубы, дышать в такт прыж кам.

Пройдено 16 км: взлетели – вдохнули, приземлились – выдохнули. Ощущения внутри странные. Но это всего лишь начало. Гребенка растянулась на 130 км. В конце мне кажется, что какая-то нечисть уселась мне на сердце. Руки едва двигаются, ноги онемели, и последний час я не слышал от Джастина ничего, кроме воплей. Вот это автогонки! Приезжаем на пит-стоп на 402-м километре, и выясняется, что пострадал только багги. Появился стук: задние ШРУСы надо менять. На это уйдет час. Мы последние в классе, но я чувствую только облегчение.

Экскурсия в ад

Отдых идет нам на пользу, мы бодро прем вперед. Потрепанные, грязные и избитые, как настоящие ветераны. Проклинаем технички, которые нагло прут по гоночному маршруту, потому что так быстрее. Догоняем их в пыли, ревем сиреной, мигаем стадионным софитом фар. А потом вдруг напарываемся на что-то. Удар зверский. Слышен вопль… и тишина. Все. Джастин что-то себе сломал. Придется остановиться в темной, враждебной пустыне и вызывать подмогу. Я притормаживаю и ползу еле-еле. Из-за меня друг что- то повредил, я в шоке... Через несколько километров Джастин пробует подвигать шеей. Ему это удается, и я чуть не плачу от радости.

Последние 80 км незабываемы. Мы продираемся сквозь болото, утонув по пузо в жидкой грязи, потом внезапно въезжаем в кактусовый лес. Настолько поразительное зрелище, что мы ненадолго забываем о боли.


«ОГЛЯДЫВАЮСЬ НА ШТУРМАНА. ОН – КАК СВЕЖЕВЫРЫТАЯ КАРТОФЕЛИНА»



Выхваченные ярким светом кактусы поднимаются из темноты в сиянии белой пыли, как колючие стражи-призраки. Потрясающе красиво и страшно, такой покой и безмолвие по сравнению с молотящим багги... Потом мы выскакиваем на дорогу, до пересменки остается всего 8 км. И мы ликуем. Огни нашего пит-стопа – самое радостное зрелище в жизни. Мы с Джастином отстегиваем ремни и падаем друг на друга. Двенадцать часов позади. Я похлопываю багги. Мы по-преж­нему последние, отстаем на час. Джош и Джесси садятся в машину и исчезают в темноте. Теперь мы увидим багги только через 31 час. У них была кошмарная гонка.

Экскурсия в ад

BC-5 уже празднует, а BC-6 валяется вверх колесами в пустыне. С кактусом в обнимку

Багги прихромал домой через 43 часа 54 минуты, за шесть минут до 44-часового лимита. Но он проехал весь маршрут (из 300 стартующих до финиша доходят меньше 180). А Док и Стив останавливались каждые 55 км, чтобы купить у зрителей жидкость для гидроусилителя. BC-6 истекает слюной, жадно косясь на подиум. Мы улыбаемся и отмечаем это теплым пивом.

Baja-1000 – это гонка, которая сдерет с тебя кожу, выявит твой болевой порог, покажет, способен ли ты сосредоточиться и как ты действуешь в трудной ситуации. Это единственная гонка, где ограничивающий фактор – не машина и не дорога, а ты сам. Это суровый урок. Но мы выучили его и пришли к финишу. Сразились с Бахой – и победили!

ТЕКСТ/ПИЛОТ: ОЛИВЕР МЭРРИДЖ, ФОТО/ШТУРМАН: ДЖАСТИН ЛЕЙТОН

Дополнительные фотоматериалы: madmedia.com, tracksidephoto.com

Что скажете?

Комментировать 0