Джереми Кларксон о Твиттере

Нет закона против глупости. Но оказывается, пользу может принести Твиттер…

На автостраде движение было обычное, субботнее. Машин много, но все три полосы ехали живенько. Если хотите, это изящный пример того, что человечество может вести себя хорошо, что у него и терпения хватает, и умения. Тонны железа. Сотни живых душ. И бессчетные жизни, переплетенные в скоростном марш-броске по серой змеящейся дороге.

И тут у меня в зеркале заднего вида появился белый Audi TT. Водитель отлично видел, что мне никак не подвинуться, потому что по средней полосе машины шли плотным потоком. Он отлично видел, что даже если я подвинусь, он выиграет только четыре метра, а потом опять в кого-нибудь упрется.

Он все это видел, но все равно хотел, чтобы я уступил дорогу. Ведь он на Audi TT, а я — на Renault Megane. И в его понимании он был лучше меня: сильнее, богаче, и даже пенис у него длиннее. Ехать за мной — все равно что стоять за подчиненным в очереди к кофемашине: немыслимо.

И он начал все теснее жаться к моему заднему бамперу. Известное дело, все водители Audi думают, что дистанция в ПДД указана в миллиметрах, и поэтому едут впритык. Но этот случай был просто вопиющим: между машинами не прошли бы и два его ухоженных волоска. А мы ехали 100 км/ч по скоростной полосе... К счастью, меня этим не проймешь. И, если честно, Renault был не мой, поэтому если бы он меня и зацепил, это была бы не моя проблема. Но что если он сядет на хвост моей дочери, только что получившей права? Или старенькой маме? Без испачканных штанишек не обойдется.

Джереми Кларксон о Твиттере

Конечно, если твоего ребенка взяли в заложники, или жена рожает, или срочно нужно в туалет, не удивительно, что ты гонишь изо всех сил. Но, как я только что объяснил, я просто не мог уступить ему дорогу. Деться было некуда — ни вперед, ни вбок.

Какие варианты, если тебя подпирает сзади какой-нибудь м*дак? Можно проверить, хорошая ли у него реакция, нажав на тормоза. Но это закончится заполнением кучи бумаг и отказом в выплате из-за какого-нибудь условия, набранного мелким шрифтом в его страховке. Можно позвонить в полицию, но это как-то нехорошо. Я еще в детстве выучил, что ябедничать нельзя. И держусь этого, даже если человек глупый и неприятный.

Выдавить его на обочину и дать в морду? Может получиться, если ты молодой, сильный и владеешь каким-нибудь искусством, смертельным для людей из Audi TT. Но я не Лиам Нисон. И поэтому мужик из Audi просто сложит меня пополам, как шезлонг, и поедет дальше.

«ОН НА AUDI, А Я — НА RENAULT MEGANE. И В ЕГО ПОНИМАНИИ ОН ЛУЧШЕ МЕНЯ: СИЛЬНЕЕ, БОГАЧЕ, И ДАЖЕ ПЕНИС У НЕГО ДЛИННЕЕ»

Вот в чем проблема. Тебе хочется унизить эту сволочь. Хочется, чтобы он мучился. Но это неосуществимо — вот если только проследить за ним до дома и изломать его садовую мебель. Хотя... ведь теперь есть Твиттер! Сейчас Твиттер используют для того, чтобы рассказать двенадцати друзьям, что ты съел гамбургер. Еще футболисты демонстрируют там свою безграмотность, а знаменитые люди оповещают весь мир, что у них дома снимали “Сокровища с чердака” — всем смотреть!

Отличный способ провести время, но пользы от него до сих пор не было никакой. Потому что если задать практичный вопрос — например: “Как забрать свои фотки обратно с iCloud?” — искру разума полезного ответа зальют потоки бессмыслицы. Как всегда, посоветуют еще раз вдарить Пирсу Моргану.

А ведь Твиттер можно использовать, чтобы позорить м*даков в Audi. Было бы отлично: пусть я не могу опубликовать номер человека, который меня взбесил, в журнале, в Твиттере это может сделать любой. Там, в электронной жизни, никто не станет судиться за клевету. И, наверное, когда этот номер засветится раз шесть, водителя можно будет как-нибудь наказать. У меня даже есть мысли по этому поводу.

Недавно я ездил на Lincoln Continental Mark IV. Он был огромен. У него самый большой капот, какой я только встречал на серийной машине. От больших хромированных клыков на бампере я сидел в трех метрах, а корма упиралась в горы Аргайла. Передняя панель — как поставленный на бок кофейный столик. А зеленая велюровая скамья с простеганной пуговицами спинкой — уютная и располагающая, как пухлая подружка. Во всем, кроме пуговиц. И цвета.

Джереми Кларксон о Твиттере

Огромный V8 ожил бесшумно. И только включив “драйв” и ощутив легкую вибрацию, я понял, что в моих руках девять или десять диких американских коней. Это не быстрая машина. И управление у нее истерическое. В первом повороте, например, — это чистая правда — она так чудовищно накренилась, что я выкатился из-за руля, прокатился по всей велюровой скамье и сильно ударился в пассажирскую дверь. На несколько мгновений большой Lincoln превратился в корабль-призрак, плывущий по асфальту без руля и ветрил. И тут отвалились колпаки.

Я скажу честно: я думал, что это потрясающая машина. Точнее — потрясающая диковина. Мне страшно хочется поставить себе такую в гараж: я бы показывал ее детям. Но я не вспомню другого такого бесполезного автомобиля. Он слишком большой, слишком прожорливый, слишком неуправляемый и совершенно непрактичный — и не важно, кто ты, чем занимаешься и куда едешь.

А значит, с его помощью можно было бы наказывать людей, чьи номера слишком часто появляются в Твиттере, — на полгода сажать их за руль американской машины семидесятых. Они бы с ума сходили от злости, бесконечно кружа по кварталу в поисках свободного места и заливая в бак миллионы литров, чтобы ездить на скорости 25 км/ч. Им приходилось бы останавливаться каждые несколько метров, потому что пассажиров опять укачало.

Но лучше всего то, что они были бы лишены приемистого мотора и острого руля Audi, и им бы не хотелось уже обгонять машину впереди и пролетать каждый поворот так, как будто за ними гонится бешеный слон. Сонливость и вялость большого Lincoln успокоила бы их, они узнали бы, что такое терпение. Они бы стали лучше. Разве не странно, что американские машины воплощали собой свободу? Ведь это отличное средство для заточения и наказания.

Что скажете?

Комментировать 0